Пятница 07 августа

Работа ищет туляков, а они - ее

Назад

10 Июля 2020 00:17

 0
Общество

Автор: Дмитрий ЛИТВИНОВ

Фото: соцсети

Сегодня, на фоне пандемии коронавируса, одна из самых острых тем — ситуация на рынке труда. Эксперты не отмечают глубокого кризиса, но говорят: ситуация сложная. В связи с этим на федеральном и региональном уровнях принят ряд программ для стимулирования занятости, создания новых рабочих мест, поддержки работодателей и соискателей вакансий. «Молодой коммунар» попросил своих читателей и экспертов рассказать о поиске работы в этот непростой период.

Ирина Рузавина, карьерный консультант:

— Рынок труда в Тульской области чуть более инертный, чем московский. Это означает, что все происходящие в столице процессы приходят к нам с задержкой на 3–4 месяца. Так будет и с занятостью, но Тулу спасут её промышленные предприятия, большинство из которых либо государственные, либо выполняют заказ государства, который никуда не исчезнет, а значит, сокращений ждать не следует. Другой вопрос, будут ли появляться новые вакансии — пока это вопрос, но я не прогнозирую спада в этом направлении: на востребованные специальности люди требуются всегда.

Пока туляки пережили первую волну кризиса, под которую в основном попали низкоквалифицированные работники. Они получили в центрах занятости свои пособия и ушли в «анабиоз». Кто-то живёт дачей, кто-то сумел переориентироваться в курьеры, санитарки, устроиться на строительные работы. Кстати, сезонной занятости никто не отменял: летом нужны люди на сельхозработы, на благоустройство города и строительство.

Неплохо себя чувствует IT-отрасль, там постоянно открыты хорошие вакансии, поэтому, если у соискателя есть такие компетенции или он готов учиться, то без работы не останется. Кстати, центры занятости сейчас предлагают множество программ переобучения. Всем, кто потерял работу, советую не пренебрегать госуслугами.

В самом непростом положении сегодня оказываются молодые соискатели, те, кто ещё не выходил на рынок труда. Опытные работники, даже предпенсионеры и пенсионеры, на эмоциональном уровне лучше справляются с кризисом…

Артур Газаров, студент:

— Я третий год работаю в студенческом строй — отряде, и это мне приносит неплохие деньги. То есть если бы я просто искал где-то работу на лето по объявлению, вряд ли смог бы столько заработать. А тут — гарантированное трудоустройство на всё лето, нормальный заработок и работа не то чтобы очень трудная. Конечно, стройка — это физический труд, но всё же, когда ты молодой и хорошая компания, то переносится легче. Плюс в стройотряде у меня появились хорошие друзья, что тоже немаловажно — я не работаю в компании гастарбайтеров.

В учебное время тоже стараюсь подрабатывать, но поменьше, конечно, ведь учёбе тоже нужно уделять время. Есть у меня и такие одногруппники, которые из-за работы универ прогуливают, но я не из их числа. Считаю, нужно расставлять приоритеты…

Ирина Голованова, технолог:

— Совсем недавно я уволилась с работы, которой отдала 40 лет жизни. Ушла сама, потому что надоело, устала, надо и на пенсии пожить. Работа у меня такая, что не сразу на неё кого-то найдёшь — всё-таки у меня и образование профильное, и опыт огромный. Я знала производство от и до, а мои молодые коллеги (не хочу никого обидеть) в основном не дотягивали. И ладно бы, если они пришли из институтов с пустыми головами, но хотели бы учиться, так нет — ничего не знают и не хотят. Обидно за производство, которое держится на таких, как мы, опытных, но уже выходящих в тираж. Не знаю, как долго такие «сотрудники» смогут проработать…

Игорь Мельников, временно безработный:

— У меня было несколько неудачных опытов устройства на работу. Один из последних — в компанию, которая проводит телефонные опросы. Работа мне сначала понравилась: хороший офис, современное оборудование, общение с людьми. Сиди и звони целый день. Зарплату обещали фиксированную с выплатой два раза в месяц. Смены разные, по нескольку часов, но почти каждый день.

В общем, прошёл я небольшое обучение и вышел на свою первую смену. Тут-то и выяснилось, что мы не просто проводим опросы населения о его медиапотреблении, но должны предлагать людям установить в их телевизор некий прибор, который будет фиксировать то, что они смотрят. Таким образом, мы будем получать всю информацию в автоматическом режиме. Так и формируются телевизионные рейтинги. Способ известный, но мне-то до начала работы никто не сказал, что нужно будет людям это предлагать. Соглашались немногие, то есть вообще почти никто не соглашался, а от этого, как выяснилось, зависит моя зарплата, причём напрямую. За первые две недели я получил копейки, а работал чуть ли не больше всех, но эффекта было мало.

Довольно быстро я понял, что ловить здесь нечего, и ушёл, проработав чуть больше месяца. При этом я каждый день видел, как люди приходили на собеседование, и думал: вот они, претенденты на моё место.

А что, удобно: человек работает, а компании это почти ничего не стоит, причём на его место гарантированно придут другие. Ведь общаться с людьми — это так интересно…

Анна Домченко,психолог:

— Самая большая проблема для человека, потерявшего работу, заключается в том, что большинство из нас живут в устаревшей парадигме того, что работу нам кто-то даёт. На самом деле, если ты хороший эксперт (в любой области, не важно), ты не останешься без работы, тебя будут искать, тебя найдут и возьмут. Если же понимаете, что вы потеряли работу и на вас нет спроса, вы ходите от собеседования к собеседованию и не слышите той суммы, которую хотите в зарплате, это значит одно: вам пора расти, пора меняться.

И дело не только в том, что вы были хорошим юристом или инженером, но теперь что-то пошло не так.

Сегодня главную роль играют не знания и опыт, а эффективность и взаимодействие с остальными членами команды. Если команда работает, то работает предприятие, любой бизнес, и сегодня понимающие это руководители именно с таких позиций подходят к своим сотрудникам и соискателям. Если и вы это поймёте, сможете оценить свою эффективность и понять, чего вам не хватает, чтобы быть лучшим, то и направление собственных изменений у вас появится. Становиться лучше — это отдельная работа…

Николай Усенко, преподаватель:

— Мне нравилась советская система распределения, и я считал бы правильным её вернуть, но не в той принудительной форме, в которой она существовала, а в современной, продвинутой. Это могло бы означать, что студент, оканчивая вуз, точно знает, что его ждёт конкретное место с конкретной зарплатой и работой по специальности. Хочет он там работать — значит, едет, узнаёт, пробует. То есть у специалиста всегда должна быть гарантия трудоустройства по специальности. Это и в студента уверенность вселяет, и высшее образование делает не бессмысленным. Я не знаю, как по статистике, но по наблюдениям мне кажется, что по специальности сегодня работает меньшинство.

Кстати, такая система сегодня уже существует: это целевые места в вузах. Их заказывает конкретное предприятие, которое знает, что ему нужны такие специалисты. За пять лет, конечно, что-то может измениться, но в целом направление понятно. Так же можно готовить и врачей, и учителей — адресно. И чтобы они во время обучения приходили на своё будущее место работы, узнавали его…


Наши партнеры
Реклама