Вторник 03 августа

К нам приехал мэтр из телевизора

Назад

16 июля 2021 07:50

 0
Общество

Автор: Антон БЫЧКОВ

Фото: автора и из открытых источников

Александр Михайлович Любимов — известный теле- и радиоведущий, продюссер и журналист, один из создателей «Телекомпании ВИД» — пообщался с туляками в Центре семейной истории. 

Посмотреть на мэтра отечественного ТВ пришли как преданные поклонники старой школы, так и молодые журналисты, что для гостя стало приятным фактом. Людей было немного — коронавирус диктует свои правила,— однако даже камерная встреча получилась любопытной. Любимов раскрыл секреты самых рейтинговых передач, поведал о своём поиске родословной и рассказал, за что любит оружейную столицу. «Молодой коммунар» приводит ответы А. Любимова на самые интересные вопросы.

— Почему вы выбрали именно Центр семейной истории в Туле?

— Люблю искренность, для меня важно почувствовать связь с теми, перед кем я выступаю. В вашем городе много культурных точек, которые я посещал. Но в ЦСИ почувствовал себя как дома — экспозиция именно этого музея меня тронула до глубины души. Здесь всё живое, настоящее… Тут я чувствую Тулу — именно поэтому и решил выступить в этом Центре.

В Туле масса музеев, но я не могу насладиться экспозицией каждого из них.

— В какой момент вы осознали, что намерены заняться изучением семейной истории?

— В 90-е я работал в Останкино, а потому первым делом купил себе место на кладбище (смеётся). И от работы недалеко, и удобно. Там же покоится мой старый друг и партнёр Владислав Листьев.

Именно тогда я стал искать себя. Мне было интересно узнать, кто я и откуда ноги растут. Я обратился в архивы, где перебрал тысячи бумаг: театральные рисунки деда, папины книги, фотографии, артефакты, дневники. Эти поиски привели меня ко временам Петра I, к моему дальнему предку, поставлявшему вино ко двору императора.

— Как вы думаете, почему человек начинает искать своих родственников?

— Мне кажется, это всегда начинается с любви к прошлому: к родителям, бабушкам и дедушкам. И важно описать свою генеалогию, не упуская ничего: ни негативных моментов, ни позитивных. Мы не обязаны отчитываться за поступки наших предков, ровно так же, как и не должны присваивать их достижения себе.

Мне видится, что многим людям, особенно молодым, это малоинтересно, хотя очевидно — нет неинтересных семейных историй. Поэтому я призываю каждого обратиться к моему опыту, почитать книги, которые помогут вам понять, с чего начать и что делать. Идите в архивы, в ФСБ и ищите. Кто знает, что интересного откроется вам?

— Были ли придуманные истории в «Жди меня»?

— Не может быть выдуманных историй в программе, в которой участвуют живые люди. В этом и секрет сумасшедших рейтингов. Нам говорили тогда: какие у вас плохие актёры, не то что у Гордона. Меня это всегда забавляло, ведь у нас были не актёры — нельзя придумать историю более захватывающую, чем реальная жизнь. Сейчас на телевидении всё по-другому — практически везде игра, это удручает. От этого индустрия деградирует и страдает.

На моей памяти масса невероятных моментов, когда в эфире были судьбы людей, в которые сложно поверить — настолько это захватывающе и необычно. Например, как-то волгоградская семья искала отца, уехавшего в Европу на заработки. Прошло 12 лет, и его следы затерялись. Мы начали поиски, в работу были включены более полутора тысячи сотрудников справочного центра, волонтёров. Мы отыскали его в Амстердаме. Вы не поверите, но он забыл родной язык — у него случилась почти полная потеря памяти. Оказалось, что все 12 лет он жил здесь, в Нидерландах, успел жениться и завести семью. Когда мы подошли к нему и рассказали, что где-то там, далеко в России, его всё это время ждали жена и дети, он не поверил — в глаза читалось искреннее недоумение. Но согласился встретиться с ней на передаче, потому что не мог осознать, что всё это — правда. Вы себе представить не можете, каково это — сидеть в студии и видеть эти эмоции вживую, зная, что всё это не шоу. Это невероятная энергия: слёзы, радость, отчаяние. Поэтому нам и не нужны актёры — искусство может пародировать жизнь, но не заменять её. За всё время программы у нас было более 200 тысяч подобных душещипательных сюжетов.

— Как менялось «Поле чудес»?

— Это всегда была семейная программа с интеллектуальным уклоном. Кроме того, она стала первым шоу на российском ТВ про деньги. Тогда это считалось немыслимым — можно было прийти на передачу, разгадать кроссворд и получить автомобиль. В то время это и обеспечило высокие рейтинги — нужно было быть на грани, чтобы смотрели. Сейчас программа выходит каждую пятницу и до сих пор остается самым рейтинговым шоу на Первом канале, даже несмотря на то, что аудитория ТВ заметно сократилась.

Сейчас этим никого не удивишь, молодое поколение сидит в интернете, где разыгрывают не только автомобили. Время идёт, передача мутирует, оно и понятно, что молодёжь не будет сидеть у телевизора. Поэтому я могу сказать тулякам, что прямо сейчас мы с Леонидом Якубовичем готовим новую программу для теле-кинотеатров с молодыми соведущими, блогерами и концепцией, как у «Поля чудес».

— Телевидение или интернет?

— Интернет — бесплатный. В нём тяжело зарабатывать и начинать. Мы не смотрим на Сеть так трепетно, как на теле-кинотеатры. Они позволяют быть более радикальным и не потерять ту большую аудиторию, которая сформировалась за долгие годы. Немаловажную составляющую успеха любой передачи играет эфирное время. Взять того же Урганта с его вечерней передачей — он вообще не приносит денег исключительно из-за того, что выходит тогда, когда все уже спать ложатся. В глобальной Сети всё более гибко, поэтому наш взор устремлён в интернет-индустрию, конечно. Очевидно, что «Поле чудес» рано или поздно перейдёт в онлайн, но это вовсе не означает, что телевидение умрёт. Тот же театр и кино — вечные.

— Что вы думаете о тульском регионе?

— Вопрос с подвохом, ведь Россия очень неоднородна. Взять Петербург — совсем не типичный русский город. Он какой-то другой, особенный, со своим ритмом, со своими законами. Это старый город во всех смыслах и очень бедный. В девяностые годы были страшные цифры — пять миллионов петербуржцев ели в год столько же тонн продуктов, сколько миллион екатеринбуржцев. Тогда это был нонсенс, но сейчас разница постепенно нивелируется.

Чем хорошо жить в Туле — тут тихо и тут дешевле. Моя работа позволяет мне получать московскую зарплату в то время, как я нахожусь и работаю, скажем, из Тулы. Мы сами создаём свой мир. Удалённая работа — то, что становится модным стилем жизни, и это безусловно перспективы для всех молодых выходцев из провинции.

Тула очень поменялась за последние несколько лет: тут появились музейный квартал, кластер «Октава», ЦСИ и многое другое. Это радует — видно, что город живёт полноценной жизнью. В области появляется множество точек притяжения, которые мы поддерживаем. Например, экофермы — мы специально организовываем туристические группы и всячески стимулируем людей инвестировать в сельское хозяйство. Отрадно видеть, что в Тульской области появляются свои частные хозяйства.

— А что насчёт других регионов?

— Ответ неоднозначен, даже скорее печальный. Видите ли, не всем так повезло, как Тульскому региону. В каких-то городах прогресс давно остановился, и это удручающий факт. Беда в том, что люди бегут оттуда. У молодёжи не стоит вопрос о том, что делать, а вопрос, куда уехать. Они не видят ничего положительного и опускают руки, даже не пробуя что-то изменить. Я не вижу проработанной модели развития регионов, отсюда и считается, что Москва — другая страна. Надеюсь, смогу помочь исправить это. Мне небезразлична судьба нашей страны, поэтому я всячески поддерживаю инициативы, способствующие развитию регионов, которые в последнее время возникают всё чаще.

Наши партнеры
Реклама