Воскресенье 29 ноября

«Пациенты смотрели на выздоровевшего и начинали хотеть жить»

Назад

03 Ноября 2016 00:00

 0
Общество

Автор: Артем ЖИЛЬЦОВ

Фото: Александр КОЛЕСНИК

В этом году исполняется четверть века единственному в Тульской области хоспису.

Одна семья

Несколько лет назад у 24-летнего Саши диагностировали онкологию. Молодой парень оказался прикованным к больничной палате. Химиотерапия, облучение, операция… Не помогало ничего, и Саша медленно угасал на глазах семьи. Медики боролись, но болезнь оказалась сильнее. В день выписки лечащий врач предложил перевести парня в хоспис — доктора помогут облегчить страдания человека. Родственники не согласились, и через несколько дней Саша умер на руках у своей мамы…

В поселке Ломинцевском под Щекино, в Тульском областном хосписе, живут те, чьи родственники (или сами больные) решили: если медики жизни не гарантировали, это не значит, что человеку нельзя помочь.

Первый современный хоспис Святого Христофера был основан баронессой Сесилией Сандерс на юге Лондона в 1967 году. С тех пор хосписы стали открываться и в других странах Европы. В России в 1991 году первое учреждение подобного рода открылось в Санкт-Петербурге, а несколько месяцев спустя — в Тульской области. Встретившая нас главный врач Эльмира Каражаева работает в хосписе с самого основания.

— А у нас радость огромная,— улыбается Эльмира Шамильевна, пока мы идем к ее кабинету. Московский Благотворительный фонд помощи хосписам «Вера» подарил машину Renault Duster. И теперь медработники хосписа смогут оказывать паллиативную медицинскую помощь на дому.

— А в чем вообще заключается паллиативное лечение?

— Паллиативная медицинская помощь может реально содействовать человеку в том, чтобы оправиться от болезни, освободиться от таких симптомов, как боль, беспокойство, потеря аппетита. И это также предоставление больному и его близким эмоциональной, духовной помощи.

В первую очередь нашей задачей является облегчение страданий, обезболивание. Ведь в основном, если говорить об онкологии, то к нам направляют пациентов с 4-й стадией, когда все методы активного лечения исчерпаны. Но это не значит, что люди приезжают к нам угасать. Я наблюдала удивительные случаи ремиссии, когда болезнь отступала. Такие моменты дают силы работать дальше и спасают от выгорания. Ведь это настоящее чудо, когда человека привозят к нам на носилках, он дышит через трубку, а спустя какое-то время состояние пациента улучшается, и он выписывается под наблюдение врачей поликлиники.

— Ваша работа — это сопереживание. Со временем не появляется профессионального цинизма как защитной реакции?

— Понимаете, даже если пациент уходит из жизни, то с нами продолжают дружить и общаться его родственники, близкие. Мы становимся одной семьей. Чтобы больной получал должное лечение и уход, мы должны быть командой со своим уникальным микроклиматом. Наша работа помогает понять, что такое жизнь. Что нужно дорожить каждой минутой, делать добро не ради чего-то, а просто так. Это помогает сохранить эмпатию, то есть сопереживать…

Человек не должен умирать в одиночестве

Каждый год в мире уходят из жизни около 52 миллионов человек. Только в России от рака ежегодно умирают почти 300 тысяч человек. При этом люди испытывают страдания. И главный принцип паллиативного лечения таков: всегда можно повысить качество жизни больного, каким бы тяжелым ни было его заболевание.

— Эльмира Шамильевна, есть ли среди ваших сотрудников те, кто сталкивался со смертельными заболеваниями не только на работе?

— Помню, наша молодая сотрудница узнала, что ее мама умирает. Она привезла ее к нам в хоспис. Провела с ней последние часы. Люди, чьи родственники умирали от подобных заболеваний, знают, каково это — терять своих родных. И те, кто через это прошел, становятся членами нашей команды отзывчивых людей с большим сердцем.

— Известно, что первые хосписы возникли в средневековье в монашеских орденах. И всегда рядом находились неравнодушные люди, помогавшие этому богоугодному делу. А как сейчас обстоят дела с благотворительностью?

— Есть такие люди, конечно. Пожертвования идут как от частных лиц, так и от фондов. Это — зов сердца. Кто-то будет собирать деньги в кубышку, а кто-то стремится помочь ближнему.

— Люди боятся смерти. И нередко предчувствуют ее приближение…

— Страх — это естественное чувство, и мы помогаем справиться с ним. Человек не должен умирать в одиночестве. Мы буквально до последней секунды находимся рядом, держим за руку. А предчувствие смерти… К нам приходят священники, общаются с больными. И иногда бывает, что пациенты сами просят причастия, духовного общения.

Хотя бывают среди пациентов и атеисты. Лично я считаю, что это абсолютно неважно. Главное — оставаться порядочным человеком.

— А вы верующий человек?

— Я знаю, что есть какая-то сила. Мы ощущаем ее на себе. Ведь мы всего лишь люди, а человек — слаб. Бывает, уныние, усталость от невзгод проходят, и открывается второе дыхание. Появляются силы дальше жить и работать. Наверное, это и есть подтверждение того, что Бог есть, и он помогает нам не опустить руки…

Верить в хорошее

Мы обходим с Эльмирой Шамильевной помещения. В коридорах — идеальная чистота. Хоспис не похож на лечебное заведение с его традиционным больничным запахом, потрескавшейся штукатуркой и равнодушными медсестрами. Палаты — светлые и уютные. Люди приветствуют врача широкими улыбками, шутят.

— А это наше детское отделение,— показывает главный врач.— Детишки тоже поступают, и не только с онкологией — с ДЦП и другими диагнозами. К ним часто приходят детки из образовательных центров. Общаются, играют, дарят какие-то поделки. И это очень хорошо, ребята с детства начинают понимать, что такое сострадание…

На кровати — худенькая девочка, глаза широко раскрыты. Медсестра ласково спрашивает о том, что ей снилось, и помогает покушать. Девочке 14 лет, от нее отказались родители. Медсестры и врачи стали ее новой семьей. На прикроватной тумбочке — плюшевый мишка и цветы. Мы проходим дальше, а Полина со слабой улыбкой пересказывает кормящей ее медсестре свой сон.

— Я считаю, что СМИ нужно больше уделять времени позитивным историям, а не приводить одну только статистику о смертности,— взволнованно продолжает Эльмира Шамильевна.— Ведь негатива и так полно, а людям нужно верить во что-то хорошее.

— Какой самый яркий случай исцеления приходит вам на память?

— Был такой пациент, который находился здесь длительное время. Постельный больной. Две дочери уже практически попрощались с отцом, не являлись к нему, строили планы на его квартиру. И были «приятно» удивлены, когда мужчина сам подошел к телефону, чтобы поговорить с ними. Выздоровление было стремительным, ремиссия — стойкой.

Мужчина заново обретал вкус к жизни. Встретил здесь женщину, тоже пациентку. Заходил ее проведать каждый день, смешил, помогал не унывать. В итоге сын этой женщины купил им квартиру в Ломинцево, и после выписки они стали жить вместе. Приходили сюда, пили чай с больными, рассказывали о своем выздоровлении. Это было так трогательно. Люди смотрели на них и верили, что болезнь отступит. Начинали хотеть жить и бороться с болезнью.

— Что бы вы хотели сказать людям, которые, возможно, думают о хосписе?

— Я считаю, что ни в коем случае нельзя отчаиваться. Помощь будет оказана всегда. Мы открыты для каждого…

Оставьте комментарий:

Символы на картинке
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
Наши партнеры
Реклама