Воскресенье 29 ноября

Почему железо «кусается»?

Назад

09 Сентября 2016 00:00

 0
Общество

Автор: Никита СКОРИКОВ

Фото: из личного архива А. Курбатова

Издревле вокруг кузнецов среди обывателей ходили слухи — мол, он и с металлом может разговаривать, и духами огня повелевать, а самым действенным магическим амулетом против ведьм и сглаза считалась подкова, выкованная хорошим кузнецом.

Времена изменились, и большая часть средневековых суеверий ушла в прошлое, а кузнечное дело стало просто одной из сотни рабочих профессий. Правда, по словам самих мастеров по металлу, в современной работе также не обходится без мистики.

Корреспондент «Молодого коммунара» поговорил с известнейшим в регионе мастером по металлу, председателем Тульской гильдии мастеров-оружейников Александром Курбатовым о специфике работы современной кузницы и узнал, стоит ли молодым ребятам начинать постигать азы древнейшего ремесла в расчете на прибыль.

Не колдовство, а традиции

Не секрет, что сегодня в кузницах используется современное автоматизированное оборудование, которого были лишены кузнецы прошлого, но основные символы кузнечного дела — наковальня и молот — так и остались неизменными. Например, у Александра Курбатова в мастерской десять наковален всех форм и размеров, но даже их, по его словам, в работе не всегда хватает. Нужна еще хотя бы одна. Горн также присутствует в мастерской каждого кузнеца, вот только если раньше они работали на угле, то теперь все кузницы массово переходят на газ.

Говоря о народных суевериях, мастер загадочно улыбается и говорит, что в них есть доля правды. Нет, с чертями и прочей нечистью встречаться ему не доводилось, но то, что изделие перенимает частичку души и характера мастера,— это проверенный им лично факт.

Из-под рук разных кузнецов выходят разные по характеру вещи. Некоторые клинки, например, могут быть добрыми — они легко затачиваются, долго не тупятся. А бывают и такие, что могут «покусать»,— смеется мастер.— Однажды держал в руках саблю одного мастера, совершенно тупую, но все равно каким-то непостижимым образом порезался. И не сказать, что я очень неуклюжий или неаккуратно с оружием обращался. Металл там злой был…

Придать же добрый нрав металлу может только мастер. При создании предмета, причем не важно, нож это или элементы металлической ограды, всегда нужно иметь хорошие помыслы в душе.

По словам А. Курбатова, он не приверженец создания одного лишь оружия, однако признает, что именно эти изделия наиболее подходят начинающему кузнецу для постижения мастерства. Дело в том, что в нем изначально заложены древние образы, которые человек, работающий с металлом, воспринимает интуитивно. И лишь освоив эти техники, заложенные у каждого из нас на уровне подсознания, можно переходить к более сложным работам.

Среди самых необычных ножей А. Курбатова — клинки из железнодорожного костыля, напильника и металлического троса. Более того, эксперименты с материалами порой дают неожиданные результаты — так, например, на лезвии ножа из троса проявился удивительный узор из точек.

Рассказывая об узорах, председатель гильдии оружейников отмечает: несмотря на то, что на протяжении многих веков любителями «колющего и режущего» ценились клинки из дамасской стали, ее рисунок не несет какого-то глубоко художественного смысла и ажиотаж вокруг такого оружия сильно накручен. Второй же легендарный материал — булат, который так же, как и дамаск, получается от смешения нескольких видов стали — «твердой» и «мягкой», небольшие частные кузницы не любят — уж очень сложно с ним работать. Потому что если дамаск получается за счет сковывания нескольких пластин различных металлов, то булатную сталь варят. Именно в составе и пропорциях сплава и состоит один из секретов этого металла. Для его производства нужны мощные плавильни и большие гидравлические промышленные молоты.

Вначале было слово

В коллекции оружия Александра Курбатова несколько десятков всех видов охотничьих ножей, кинжалов, булав, многие из которых сейчас выставлены в тульском музее оружия, оружейной палате Московского Кремля и Эрмитаже. Но эти экспонаты могли и не появиться, если бы в жизнь кузнеца не вмешались сотрудники Центрального конструкторского исследовательского бюро спортивно-охотничьего оружия.

После окончания Абрамцевского художественно-промышленного училища, когда молодой кузнец Александр вернулся в Щекино, первым его серьезным заказом стал крест на купол церкви Николая Чудотворца в Кочаках. И казалось бы, что и в дальнейшем работа пойдет лишь над «мирными» заказами, но на одном из профессиональных собраний коллеги по ремеслу из ЦКИБ СОО все-таки убедили Александра Курбатова сделать несколько экземпляров охотничьих ножей. И небольшой эксперимент превратился в дело всей жизни, вот только продавать свои работы мастер не спешит, с каждой из них связана отдельная история.

— Отдал свои работы на несколько выставок в Государственном музее оружия. Искусствоведам и художникам они понравились, и организовали уже персональную витрину,— рассказывает о пути к успеху мастер.— Зацепило их нестандартное видение обычных вещей: например, булава, сделанная в виде микрофона, или кинжал, рукоять которого представлена в виде розы. Секрет в том, что, помимо формы, я стараюсь давать имена своим клинкам — это порой позволяет «вытащить» даже самую безнадежную работу. Например, ту же булаву я назвал «Пиар», шпагу — «Мюрат», а кинжал — «Брут». Теперь, когда посетитель смотрит на работу, у него перед глазами возникают различные ассоциации, которые не позволяют глянуть на витрину лишь мельком. У меня есть целый список названий — очень важно его звучание, так называемая музыка слова. Иногда я даже специально делаю вещь под яркое слово…

Красота в гармонии

По словам Александра Курбатова, молодежь в профессию идет, но большинство из начинающих — любители-самоучки, не имеющие художественного образования. Нередко особо старательных ребят замечают именитые тульские кузнецы и берут над ними шефство, обучая секретам ремесла. Но в профессиональный клуб-гильдию мастеров-оружейников — попасть непросто, даже несмотря на то, что процедура отбора достаточно демократична. Многих молодых мастеров «консилиум» тульских кузнецов заворачивает из-за банального неумения создать что-то стоящее.

— Многие просто навесят на клинок много украшений и думают, что создали что-то уникальное. Но красота не в золотых насечках и наборных рукоятях — она в гармонии,— считает А. Курбатов.

У состоявшихся художников по металлу и мастеров-оружейников разница в цене исходного куска металла и конечного изделия может составлять десятки, а то и сотни тысяч рублей. Возможность заработать быстро и привлекает молодежь. И если свою кузницу открыть, по словам А. Курбатова, можно за относительно небольшие деньги — уложившись в 30 000 рублей,— то фантазию и руки купить невозможно.

Для молодых кузнецов у мастера совет один — начинать нужно с малого и постепенно идти к вершинам мастерства. В этом, кстати, и состоит отличие художника-живописца от мастеров по металлу: талант первому дается с рождения, а кузнец за несколько лет работы может «набить» руку и делать вполне достойные экземпляры.

Но даже шедевры кузнечного мастерства довольно проблематично продать — рынок холодного оружия перенасыщен. К сожалению, биться за каждого клиента большинство кузнецов пока не готовы — благо есть возможность уйти от оружия к вполне «мирным» проектам.

— На коммерческих выставках оружия, где мы, тульские кузнецы, часто выступаем, продавцов уже больше, чем покупателей. Поэтому, если вы решитесь заниматься художественной ковкой оружия, какой-то сторонний доход обязательно нужно иметь,— грустно констатирует председатель гильдии мастеров-оружейников.— Чтобы хоть как-то продержаться на плаву, кузнецы уходят в коммерцию, делая недорогие изделия по бросовым ценам (ложки, вилки, перочинные ножи), и пусть им уже не нужны «высокие» художественные образы, но свою копейку, позволяющую существовать, они имеют. Поэтому людей, делающих уникальные вещи, единицы, и они — истинные фанаты своего дела…

Оставьте комментарий:

Символы на картинке
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
Наши партнеры
Реклама