Вторник 24 ноября

Особое мнение Пузина

Назад

15 Марта 2016 00:00

 0
Память

Автор: Татьяна Комарова, Ясная Поляна

Фото: предоставлены музеем-усадьбой «Ясная Поляна»

11 марта исполнилось 105 лет со дня рождения Николая Павловича Пузина — выдающегося музейного деятеля, сотрудника музея-усадьбы «Ясная Поляна». О Николае Павловиче вспоминает ведущий научный сотрудник музея Татьяна Комарова.

Бессменный хранитель

На протяжении нескольких десятилетий нам, музейным сотрудникам, была подарена радость общения с этим замечательным человеком, обладавшим отзывчивым нежным сердцем, щедро одарявшим любовью всех и посвятившим свою жизнь музейному делу. Его трудовая и общественная деятельность получила высокую оценку: заслуженный работник культуры РСФСР, персональный пенсионер республиканского значения, почетный гражданин г. Тулы и г. Щекино, кавалер орденов Дружбы народов и Трудового Красного Знамени, знака «Общественное признание».

На протяжении более чем шестидесятилетней деятельности в музее Николай Павлович был бессменным хранителем Ясной Поляны, но особой была его любовь к дому-музею. Пузин — автор более шестидесяти работ, в основном посвященных изучению и научному описанию мемориальных предметов.

В 1944,1945-м и послевоенные годы Николай Павлович под руководством внучки Толстого Софьи Андреевны Толстой-Есениной вместе с Сергеем Ивановичем и Марией Ивановной Щеголевыми восстанавливал дом после фашистской оккупации и затем многие годы был его хранителем. Его «Путеводитель по дому Л. Н. Толстого» — образец лаконичности и точности изложения материала — стал незаменимым источником для подготовки нескольких поколений экскурсоводов.

Неповторимы и незабываемы его экскурсии. Николай Павлович всегда показывал музей начинающим сотрудникам. С присущей старой русской интеллигенции неторопливостью речи вел свой рассказ, одновременно наставляя нас: обязательно необходимо сочетать рассказ с показом предметов, кратко и точно излагать материал, «не знаешь — не бреши»… Экскурсии Николая Павловича были воплощением его удивительного дара переносить слушателя в мир Толстого и его семьи. С несколькими поколениями семьи Толстых, от старшего сына писателя Сергея Львовича до прапраправнуков, Николай Павлович был в дружеских отношениях. Выполняя завещание Сергея Львовича, он продолжил его работу над генеалогической росписью потомков Л. Н. Толстого до 1998 года.

В течение многих лет Пузин работал над путеводителем по семейному кладбищу Толстых «Кочаковский некрополь», неоднократно изданному. Большую часть потомков Толстого, упокоенных на этом кладбище, Николай Павлович не только знал, но и принимал участие в их похоронах. Сюда он перевез прах брата Толстого Сергея Николаевича со старого кладбища в селе Пирогово Щекинского района Тульской области, где находилось имение Сергея Николаевича. И здесь, в завершение своего жизненного пути, указал место для погребения сына Толстого Михаила Львовича, умершего в Марокко и через 63 года перевезенного на родную землю.

Идти за Николаем Павловичем

У него на все было свое мнение, и он часто подчеркивал — «особое мнение Пузина». И оно для нас всегда было важно, начинали ли мы работать над научной темой, готовились ли к реставрации предметов и интерьеров музея, крыши… Мы любили обращаться к Николаю Павловичу с самыми разными вопросами и всегда получали удивительные по манере ответы: это была не просто энциклопедическая точность, перед нами часто раскрывались целые страницы жизни отдельных лиц и дворянской усадьбы на рубеже ХIХ и ХХ веков. Большой знаток творчества не только Л. Н. Толстого, но и А. А. Фета, И. С. Тургенева, С. Т. Аксакова, он мог дать исчерпывающую консультацию по самым различным вопросам. К нему обращались литературоведы, историки и деятели искусства не только России, но и зарубежных стран.

Утром, идя по прешпекту на работу (Николай Павлович всегда говорил «на службу») с тростью в руке, летом — в белом пиджаке, панаме или соломенной шляпе, зимой — в драповом пальто с каракулевым воротником и такой же папахой, припадая на одну ногу и слегка склонив голову набок, здоровался, целуя руку. Спрашивал, все ли нормально, часто обращал внимание на распускающиеся почки, пробивающийся цветок или увядающий лист, скачущую между березами белочку или, подняв голову и заложив руки за спину, стоя на середине аллеи, слушал стук дятла и пение птиц. Его любимыми цветами были гиацинты («геоцинты» — как произносил он) и левкои; очень любил вербу и под Вербное воскресенье всегда наставлял ставить ее ветви в вазу в комнату жены писателя Софьи Андреевны. Любил цитировать М. Ю. Лермонтова, также стихи А. А. Фета, С. Л. Толстого, свои. От него мы узнавали, какой сегодня праздник, чьи именины, какая примета на лето, осень или зиму. До недавнего времени поверх ботинок он неизменно носил калоши, и часто с экскурсией, войдя в переднюю Дома Толстого и увидев под вешалкой его калоши, мы замирали: «Идти за Николаем Павловичем…»

Навсегда рядом с Асей

В начале 1990-х годов, когда по инициативе директора АО «Туламашзавод» Вадима Сергеевича Усова началось восстановление Успенского храма в родовом имении графов Толстых селе Никольское-Вяземское, Николай Павлович оказывал большую помощь и поддержку, как прекрасно знающий историю этого имения и написавший вместе с Сергеем Львовичем Толстым работу о нем.

Он радовался возрождению монашеской жизни в Оптиной пустыни и Шамординском женском монастыре Калужской епархии. В 2002 году, во время поездки в Оптину, Пузин передал монастырю снимки храмов и территории монастыря, сделанные доктором филологических наук, ведущим толстоведом Э. Г. Бабаевым в 1960-е годы — они были опубликованы в конце 2007 года в «Оптинском альманахе». Незадолго до смерти подарил Шамординскому монастырю, где жила, приняв постриг, последние 20 лет своей жизни и похоронена сестра Толстого Мария Николаевна, работу ее мужа Валериана Петровича Толстого «Христос в терновом венце» и икону Божией Матери «Спорительница хлебов».

В его воспоминаниях всегда чувствовалась большая любовь к маме, Ольге Васильевне Галаховой, родному городу Орлу и любимому Спасскому-Лутовинову. В последние пять лет, овдовев, он с любовью и грустью вспоминал жену Анастасию Кузьминичну, «Асю», с которой прожил всю свою долгую жизнь в Ясной Поляне. Их взаимная любовь и забота друг о друге были до последних дней. Самое большое желание Николая Павловича в последнее время его жизни: быть похороненным рядом с Анастасией Кузьминичной у Никольского храма в Кочаках. Об открытии этого храма в 1946 году вместе с внучкой Л. Н. Толстого Софьей Андреевной Толстой-Есениной он ходатайствовал перед правительством. Получив воспитание в глубоко верующей дворянской семье, с ранних лет ходил в церковь; мальчиком, как рассказывал, прислуживал в алтаре. Переехав в Ясную Поляну, стал неизменным прихожанином и попечителем этого храма.

Свой земной путь Николай Павлович закончил 24 января 2008 года в Ясной Поляне. Был похоронен, как и завещал, у Свято-Никольского храма в Кочаках на фамильном кладбище семьи Толстых, рядом со своей Асей.

«Пузин был не просто музейщик,— пишет о нем Владимир Ильич Толстой,— он был явлением в истории музейного, мемориального дела России… Он был человеком, принадлежавшим усадебной среде прошлого века, частью безвозвратно ушедшей жизни дворянства… Для яснополянского музея он был связующим звеном между прежними обитателями усадьбы и нынешними. По сути дела, он связывал собой культуру настоящего и прошлого».

Оставьте комментарий:

Символы на картинке
Защита от автоматических сообщений
Загрузить изображение
Наши партнеры
Реклама