Дмитрий Быков: «Литература — наша церковь, и все мы ее прихожане»

Дмитрий Быков: «Литература — наша церковь, и все мы ее прихожане»
17.07.2015
Автор: Ирина СКИБИНСКАЯ
Фото: Сергей ШМУНЬ

«Анна Каренина как политический роман». Лекция писателя, поэта, публициста и преподавателя Дмитрия Быкова стала одним из самых ярких событий завершившегося яснополянского фестиваля «Сад гениев».

Как выпрямить дорогу

Дмитрий Быков называет «Анну Каренину» самым «непрочитанным» и в то же время самым совершенным русским романом: «Он держится на лейтмотивах и подтекстах, его дешифровка — отдельный сложный труд. Во всяком случае, некоторые его темы, которые не несут прямой символической нагрузки, проведены с удивительной тонкостью и удивительным упорством». В своей лекции Быков проследил один из таких лейтмотивов — тему железной дороги, он увидел в ней метафору русской жизни, неумолимо повторяющейся и подобной паровозу, который ходит по кругу.

— Надо эту железную дорогу выпрямить. Если вы помните, в «Анне Карениной» Левин пишет книгу о том, что железная дорога в России развита неправильно. Она идет в основном в города, а города — это центры разврата. А надо пронизать этой железной дорогой всю Россию. Построить коммуникации. Россия — действительно очень некоммуницированная страна. Люди должны как-то подключиться к решению собственной судьбы, поезд не должен больше ездить по кругу…

Завершив лекцию, Дмитрий ответил на вопросы аудитории — они в основном были посвящены творчеству Толстого. А затем дал интервью тульским журналистам, которых интересовало буквально все: от процессов, которые сегодня происходят в российской литературе, до проблем отечественного образования.

— Россия по-прежнему остается литературоцентричной страной или отсутствие привычки читать у молодого поколения меняет картину?

— Молодое поколение читает значительно больше, чем мы. Для того чтобы мне следить за их чтением и держать этот уровень, приходится перелопачивать гору совершенно ненужной мне иностранной литературы и читать авторов, совершенно мне неизвестных.

Россия, конечно, остается литературоцентричной страной. Потому что Россия религиозная страна, и культура — ее национальная религия. Литература — это наша церковь, в ней есть свои святые (Пушкин — наш «Христос», Блок его апостол, Тютчев тоже апостол — хотя и странный, немного фарисей), и все мы ее прихожане. У каждой из стран есть свой вклад в историю христианства: у американцев — мормоны, у немцев — лютеране. А Россия построила великую христианскую литературу.

Спасибо Джобсу

— Как вы относитесь к возвращению в школу выпускного сочинения?

— Сочинение — великое дело. Дети научатся формулировать свои мысли. Они, конечно, все равно научатся: современный школьник пишет очень много, но он пишет в Твиттер. А вот наша задача, чтобы он писал не только туда. Надо сказать большое спасибо Джобсу за то, что айфон вернул письменную речь, и мы постоянно что-то пишем…

Кстати, о грамотности. Я часто получаю записки на лекциях, и в последнее время вдруг они стали совершенно грамотными. Почему — непонятно. Общий уровень грамотности заметно скакнул. Почему Тотальный диктант так «взорвался»? Всем стало интересно проверить свою грамотность. Люди, видимо, поняли, что если они и дальше будут деградировать, то скоро перестанут и сморкаться…

— Интересно, существует что-то связывающее вас с Тулой?

— Первые два месяца службы в армии я провел в Туле-50. А еще дважды в год я проезжал через Тулу, едучи в Крым. У меня вся эта поездка была гастрономически расписана. В Запорожье покупались раки. А в Туле покупались пряники и грызлись до Орла. Я Тулу люблю. Бабушка одноклассницы здесь жила, мы регулярно к ней ездили. И мой роман «Икс» заканчивается в Туле.

У кого есть профессия, у того есть совесть

— Если бы вы стали президентом — ваш первый указ?

— Прошение об отставке. Нет, я мог бы стать министром просвещения на три месяца, сделал бы то, что нужно, а потом ушел бы дальше жить…

егодня в российских школах остались работать только те, которых не выгонишь оттуда ничем. Остались фанатики профессии. Потому что за нищенские деньги шесть часов в день говорить перед трудной аудиторией, заполнять гору бумаг и быть виноватым перед всеми — перед родителями, перед государством, перед школьниками за все, что происходит,— это экстремальный спорт для очень немногих любителей. Все, кто сегодня работает в школе, особенно в провинции,— это уже подвижники и мученики. На вопрос о школьной реформе я привык отвечать фразой из знаменитого рекламного ролика «Папа, налей и отойди». То есть дай зарплату — и не мешай, все остальное мы сделаем сами.

— Ваша цитата: «Благородство есть там, где есть профессия, где есть ответственность перед собой. У кого есть профессия, у того есть совесть». Это религиозный подход?

— Да, религиозный. Человек должен что-то делать. И не ради смысла, а ради того, чтобы он был чем-то занят. Если мне не надо будет ходить на работу, я с ума сойду. Если у человека нет дела, что же ему — заниматься одними экзистенциальными переживаниями? Даже эротики, как я убедился с годами, надолго не хватает — хочется чего-то еще.

— Возвращаясь к «Анне Карениной». Если посмотреть все экранизации, почитать критику разных лет, видишь, что каждое поколение использует этот роман для себя, согласно своей идеологии. Правильно ли это?

— Довольно страшный вопрос — «правильно ли это?». Наверное, то, что русская классика до сих пор актуальна,— это неправильно. То, что Салтыков-Щедрин читается как написанный сегодня,— это немножко нехорошо. Все-таки Свифт в Англии сегодня так не читается. Сатира всегда имела свой срок годности, а в России это не так. Все это делает наших классиков гораздо более бессмертными.

Хотя новая реальность — она где-то есть, просто она не отрефлексирована.

— Ваше любимое произведение Толстого?

— Любимое — «Отец Сергий». Я вообще люблю все, у него все хорошо написано. А лучше всего — «Смерть Ивана Ильича». Точнее всего и ближе всего по интонации — «Записки сумасшедшего», где впервые доказано, что мысль о смерти несовместима с сознанием. Если у человека есть душа, то смерти быть не может,— этот гносеологический парадокс есть только у Толстого и у Набокова в «Ultima Thule».

Конечно, «Записки сумасшедшего» — лучшее, что он написал. И не закончил эту вещь, потому что закончить ее смог бы только человек с посмертным опытом…. Теперь, я думаю, он ее уже дописал. А мы все ее прочитаем рано или поздно. Вот говорят: нас ждет ад. Нет, нас ждет знакомство с новым 90-томником Толстого.


0


Теги: Тула, Тульская область, Ясная Поляна, культура, Сад гениев, Дмитрий Быков, лекция, Лев Толстой, Анна Каренина как политический роман

Возврат к списку

Оцените материал:  
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)

Материалы по теме:



Новости наших партнеров

Добавить в Яндекс
«      
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
«   2017  

Мы ВКонтакте
Опрос

Модуль опросов не установлен.

Мы на Facebook

Наш QR - код
        QR - код
Наверх