Валентина Лебедева: «Толстые сопровождали меня с детства»

Валентина Лебедева: «Толстые сопровождали меня с детства»
07.03.2014
Автор: Ирина БОБЫРЕНКО

Вчера, 6 марта, Валентине Александровне Лебедевой исполнилось 90 лет. Более 65 лет она работает в музее-усадьбе Льва Толстого «Ясная Поляна».

Сейчас заслуженный работник культуры РСФСР Валентина Лебедева — ученый секретарь музея-усадьбы. Современница современников Льва Николаевича Толстого, лично знающая многих потомков великого писателя, сегодня она пользуется мобильным телефоном и компьютером, у нее феноменальная память на имена, фамилии, даты, события. Человек живет настоящим и будущим. Лебедева мечтает о создании музея Александры Львовны Толстой, младшей дочери великого писателя, его секретаря и душеприказчицы.

— Понимаете, я мечтаю об этом, потому что Александра Львовна — великий человек. Она была хранителем Ясной. Организовала здесь культурно-просветительный центр. Благодаря ее стараниям к столетию со дня рождения Льва Николаевича была построена Яснополянская средняя школа, открыты больница, аптека. Вот с Феклой встречусь — это праправнучка Толстого, дочь Никиты Ильича, правнука Толстого. Она занимается всем, что связано с именем Александры Львовны. Надеюсь заразить ее этой мыслью.

— Как вы попали в Ясную Поляну?

— Оглядываясь назад, я понимаю: Толстые сопровождали меня чуть ли ни с детства. Когда-то в Туле я жила рядом с двоюродными племянниками Льва Николаевича. Они были взрослыми людьми, а я школьницей… Потом я училась в Тульском педагогическом институте, и кафедру литературы там возглавляла Анна Михайловна Новикова — родная дочь друга Толстого, Михаила Петровича Новикова. Толстой с ним много переписывался. Когда я стала выбирать тему для дипломной работы, Анна Михайловна предложила мне взять толстовскую тематику, а потом посоветовала поступить в аспирантуру к ней и заниматься Толстым. Что я и сделала.

Однажды Анна Михайловна пришла ко мне с человеком из музея-усадьбы «Ясная Поляна». От него я получила предложение приехать туда работать научным сотрудником. Это был 1948 год. Так я и оказалась в этом удивительном месте. Тогда еще не было проблем с экологией, и вы не можете себе представить, какая это была роскошная могучая природа. Меня просто очаровала яснополянская красота, ее сказочность. С охотой, с удовольствием, с радостью принялась осваивать скорее даже искусство моей профессии, чем науку. Но тем не менее толстоведение — серьезная наука, ею занимались крупные ученые… Тогда были живы еще многие современники Толстого.

— Кто вам запомнился?

— Это, прежде всего, секретари Толстого. Николай Николаевич Гусев, он работал в Институте мировой литературы. Занимался выпуском 90-томного полного собрания сочинений Толстого, писал многотомную биографию Льва Николаевича. Валентин Федорович Булгаков вернулся из Чехословакии, где был в эмиграции, в 1949 году. Все сотрудники тогда жили в усадьбе. Прямо в мемориальных постройках у каждого из нас было по одной маленькой комнатке. Десять лет мы в них и прожили. Это были чудесные годы. Главным образом потому, что мы были молоды.

— Вы, наверное, много общались?

— Вы знаете, когда мне было 24 года, Валентину Федоровичу — 64. Мне казалось, что он уже глубокий старик. Хотя он отнюдь не выглядел стариком — Валентин Федорович имел роскошную внешность. И его время от времени приглашали сниматься, потому что у него был типаж старинного русского интеллигента XIX века — например, в «Сказании о земле Сибирской», где он представлял профессора Московской консерватории.

После работы он рассказывал нам о своем чешском периоде жизни, о Праге. У него были две дочери — одна по приезде в Россию жила в Новомосковске, другая — в Москве. Жена учительствовала в Яснополянской средней школе. Но некоторое время супругам пришлось жить врозь, потому что комнатки у каждого были очень тесные. Валентин Федорович много рассказывал из жизни дома Толстого, о том, как они работали с писателем. О последнем периоде Льва Николаевича, о его уходе из Ясной Поляны. О переписке с Софьей Андреевной, о том, как он ее поддерживал морально после смерти мужа. У Софьи Андреевны много было недоброжелателей. По ее мнению, Лев Николаевич слишком много времени тратил на посетителей. Она очень строго соблюдала режим дня, работы, отдыха мужа.

— Какая она, ваша Ясная Поляна?

— Летом мы, конечно, много гуляли по лесам, по лугам. Сейчас я даже боюсь выходить в район Воронки, а тогда трава по пояс и такое разноцветье! В заповеднике Ясной Поляны велось агрономическое хозяйство. Оно помогало музею материально. Пасека, 40 гектаров яблоневых садов. Перед войной и во время войны были очень суровые зимы, погибло много деревьев. Большую часть выкорчевали, но один участок сада, так называемый Старый сад, оставили, вроде руки не дошли. А через несколько лет он вдруг стал плодоносить. Правда, антоновка уже была некрупной, зато ароматной. Клали эти яблоки на зиму, под домом Толстого, в сухой подвал. На стеллажи расстилалась сухая солома, сверху клались яблочко к яблочку, и когда экскурсанты ходили по дому Толстого, они вдыхали этот аромат, удивлялись и обязательно спрашивали: «откуда так вкусно пахнет антоновкой?»

Все десять лет, пока я жила в усадьбе, дом Толстого отапливался с помощью обыкновенных печей, как при жизни писателя. Дворники приносили охапки березовых дров, рано утром разжигали печи, и где-то к девяти часам утра уже все было натоплено.

Я застала еще патриархальную Ясную Поляну. Еще ту, толстовскую. Вот этот аромат эпохи был тогда изумительным.

— Вы сами пишете что-нибудь?

— Не могу похвастаться, что я много писала. Есть публикации в Яснополянских сборниках. Мы много читали лекций. Обществом «Знание» нам спускался план — 100 лекций в год, выезжали с ними на заводы, фабрики, в колхозы.

— А вас слушали?

— Очень даже слушали. Общий уровень духовности был так велик, потому что мы победили фашизм, потому что наша идеология была чистой и высокой. Перед уходом на фронт солдаты посещали Ясную Поляну. Я запомнила фразу в книге отзывов: «Идем сражаться за „Войну и мир“…

— Многие говорят: «Все, на пенсию и отдыхать. Лечь на диван, смотреть телевизор, читать книжку!» А вы на работу идете.

— Вот что я ненавижу, так это сидеть, лежать, смотреть телевизор и отдыхать. Мне иногда жители нашего поселка, видя, что я пошла на работу, говорят: «Валентина Александровна, отдыхать пора». А я все хожу и хожу. Прогулочка километра два-три от нашего поселка до дома Волконского. Общение с людьми. В активе держать мозги. Конечно, я устаю. Но вот отдохнуть после такой усталости мне приятнее, чем если бы я проснулась, и мне некуда было бы спешить…

— В этом секрет долгожительства?

— Думаю, не только. Я счастлива, главным образом, своими коллегами. Когда-то, в семидесятые, когда была заместителем директора музея и имела отношение к комплектованию коллектива, устраивались на работу специалисты, которые сейчас просто мастера своего дела. Это поколение я называю «мои семидесятники». Теперь, когда приходят новые люди, без решения старшего поколения их не принимают. Поэтому, думаю, у нас замечательный коллектив. Вот почему я хожу на работу. Я себя одинокой не чувствую.

— Самый страшный для вас порок?

— Чего я не знаю — это зависти. Поэтому я, наверное, не стремилась к карьере, а все больше занималась практической музейной работой.

0


Теги: Тула, Тульская область, юбилей, Валентина Лебедева, Ясная Поляна, музей-усадьба, Лев Толстой, судьба, 90 лет, смотритель

Возврат к списку

Оцените материал:  
(Нет голосов)

Материалы по теме:



Новости наших партнеров

Добавить в Яндекс
«      
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 31 1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 1
«   2017  

Мы ВКонтакте
Опрос

Модуль опросов не установлен.

Мы на Facebook

Наш QR - код
        QR - код
Наверх